zakon reklamaВ законе подробно рассмотрены виды ненадлежащей рекламы.
К таковой отнесены реклама недобросовестная,недостоверная,неэтичная,заведомо ложная и любая иная, в которой нарушены законодательно установленные требования к содержанию, времени, месту и способу распространения.
Наконец-то распределена ответственность между изготовителями и распространителями рекламы: за редким исключением, рекламодатель (скажем, фирма) несет ответственность за содержание рекламы, рекламопроизводитель (рекламное агентство) – за ее оформление, производство и подготовку, а распространитель (к примеру, телевизионный канал) – за соблюдение правил в отношении места, времени и средств ее размещения. Теперь проще определить конкретного виновника нарушения, хотя появляется возможность переложить вину на партнера не исключена, например если заказчик рекламы будет утверждать, что агентство-изготовитель исказило его замысел.
НТИК, НИСК, Мосимпортбанк, МММ, Тибет, Чара, Гермес-Финанс, Мега-Альянс, Арт-Финанс да практические все сберегателные компании и коммерческие банки на сегодня не вполняющие своих обязательств перед клиентами, грешили нарушениями в рекламной деятельности, за которые при нынешнем законодательстве их ждали бы более серьезные санкции, чем окрик ГКАПа.
Ныне, на грани нарушения уголовных норм, как нам кажется, находится и реклама многих строительных компаний (строительство жилья в рассрочку, долевое строительство и т.п.).
Они не обещают процентов и прибыли своим клиентам, но компании, прозванные в народе “долевиками”, как правило обещали потребителям квартиру намного ниже рыночной стоимости. На деле это обещание зачастую не выполняется. Например, с требованием доплаты столкнулись клиенты фирм “Экипаж”, “Тема”, “Северное товарищество”, не стали обладателями дешевой квартиры и потребители заключившие договор с Фондом “Жилье”. Увы, этот перечень можно и продолжить.
Что тут? Введение потребителя в заблуждение, предоставление недостоверной информации, нарушение законодательства о рекламе или что-то еще, а может, все вместе? Точный ответ дает на эти вопросы суд. И как показывает практика, практически всегда его решение совпадает с требованиями, обманутого в ожиданиях (в том числе и с помощью рекламы) клиента фирмы.
И все-таки, как ни суровы ныне существующие требования закона, они недостаточны для гарантирования прав потребителей на исчерпывающую информацию. Например, не определен принцип, согласно которому должны рассчитываться процентные ставки (по вкладу или за пользование кредитом), которые фигурируют в рекламном сообщении. Единообразие расчета должно сделать эти цифры сопоставимыми для разных фирм, что позволит потребителю сделать правильный выбор и не будет вводить его в заблуждение относительно истинной доходности вклада или стоимости кредита. Это не прихоть обнаглевшего потребителя, а объективная необходимость признанная во всем мире.
Приведем пример из практики британского суда
Не так давно британская финансовая компания “Каллоден кредит” предлагала своим клиентам займы фиксированного размера (900 фунтов стерлингов). Сумма займа с процентами, согласно рекламируемым условиям, должна была быть возвращена путем 52 ежемесячных выплат равного размера (по 30 фунтов). Если бы дело происходило до принятия в 1974 году Законодательства о потребительском кредите, компания могла указать стоимость кредита, равную 17% годовых, что соответствовало средним показателям на то время. Однако, упомянутый документ заставляет кредитора указывать подлинную процентную ставку, а она в нашем случае возрастает с каждой месячной выплатой, так как постепенно сокращается общая сумма долга. В результате компания была вынуждена признать, что кредит предлагался из расчета 31,7% годовых.
Отсутствие четких и подробных правил для расчета используемых в рекламе цифровых данных, отечественные фирмы могут обратить против потребителя, продолжая смущать его лишь откровениями о “простых и сложных процентах.”
По-прежнему недосягаемы для наказания авторы и рекламедатели раздражающих своей категоричностью лозунгов “Мы заработали деньги для себя, мы заработаем их и для вас!”,”Снимает все симптомы гриппа сразу!” и т.п. Интересно, что законом “О рекламе” использование в рекламе эпитетов “самый”, “лучший”, “первый” в тех случаях, когда их невозможно подтвердить, считается признаком недобросовестности. Однако преступлением это не является.
Но даже убедившись в недостоверности рекламной информации и “значительности ущерба”, причиненного лживой рекламой, правоохранительные органы еще не могут привлечь нарушителя к ответственности. Надо доказать “заведомость” введения потребителя в заблуждение или корыстный умысел заказчика, изготовителя или распространителя рекламы, что будет непросто. Кто возьмется однозначно определить, верили ли руководители АО “АВВА” в идею “народного автомобиля” или использовали ее как наживку для привлечения народных же денег?
Эти осложнения заставляют предположить, что эффективность “рекламной” статьи УК будет заключаться не в неотвратимости возмездия за обман потребителя, а, скорее, в недопущении откровенного надувательства. Ее предостерегающая функция будет более действенной чем пресекательная и карательная.К примеру, если бы эти правовые нормы существовали тремя годами ранее, то многое из “пирамидальной” рекламы скорее всего просто не вышло бы в свет. И это даже важнее, чем самый факт наказания. Как говориться болезь проще предупредить чем вылечить. Тем более, что как показывает недолгий но богатый потрясениями опыт рыночной экономики в России, “рекламное надувательство потребителя” оказалось крайне заразной болезнью в среде коммерсантов.

Comments are closed.

Set your Twitter account name in your settings to use the TwitterBar Section.