Никто не спасется
nalogi ‘Диктатура закона’, о которой стало модно говорить в последнее время, бывает разной – все зависит от того, на каком слове сделать ударение. Если во главу угла ставится закон, то можно надеяться, что диктатура – крайняя мера и необходимость в ней скоро отпадет. Но если акцент делается именно на диктатуре, то укрепляемая ‘вертикаль власти’ грозит превратиться в глаголь виселицы. Ударения расставляет АЛЕКСАНДР БАРИНОВ

‘В очередь, сукины дети!’
‘Для нас ничего частного нет, у нас все публичное’. Как ни странно, эту фразу изрек юрист – выпускник Казанского университета Владимир Ульянов. А современная российская Фемида ее с огромным удовольствием тиражирует.
В 1998 году Президиум ВАС (Высшего Арбитражного суда) дал добро на приоритет требований налоговых органов перед всеми остальными.
Это не тот приоритет, который установлен очередностью списания денежных средств со счета (ст. 855 ГК), и не тот, который установлен очередностью удовлетворения кредиторов (ст. 64 ГК, ст. 106 Закона о банкротстве).
Приоритет этот никакими нормами писаного права не обоснован.
А дело было так.
У некоего предприятия имелась задолженность и перед бюджетом, и перед коммерческим банком. А ему, в свою очередь, задолжал один из покупателей его продукции. Разумеется, налоговая инспекция давно выставила требование к расчетному счету должника, а коммерческий банк держал наготове исполнительный лист. Да только денег на расчетном счете предприятия по-прежнему не было.
Кредиторы готовы уже были начинать процедуру банкротства и пускать имущество неисправного должника с молотка. Но тут у предприятия случилась нечаянная радость – покупатель продукции изъявил желание выплатить долг, который давно считали безнадежным.
Руководство предприятия понимало, что если оно отдаст приказ о зачислении возвращенного долга на расчетный счет, то из этой суммы первоочередное удовлетворение получит налоговая инспекция, а банку-кредитору ничего не достанется. Оно понимало и то, что по некоторым соображениям, известным каждому бизнесмену, погасить задолженность перед банком для него намного важнее.
Поэтому предприятие не стало зачислять деньги на свой расчетный счет, а уступило требование к своему должнику банку-кредитору. Банк взыскал задолженность с покупателя продукции предприятия, и таким образом задолженность предприятия перед банком была погашена.
Однако налоговая инспекция вдруг возмутилась и предъявила в суд иск о признании сделки цессии (уступки прав требования) между предприятием и банком недействительной. Но суд, как и налоговая инспекция, не смог найти в законе нормы о том, что при наличии задолженности перед бюджетом цессия недействительна. И нашел в ГК ‘наследие мрачных времен’ – ст. 169, позволяющую не только признавать недействительными все сделки, противоречащие, по мнению судьи (а фактически – по его произволу), ‘основам правопорядка и нравственности’, но и конфисковать полученное по сделке. Суд быстро понял, в какую сторону надо ‘укреплять вертикаль’, и применил эту 169 статью, сказав, что целью цессии было уклонение от исполнения обязанности налогоплательщика, а никак не погашение задолженности перед банком.
Дело запахло конфискацией и скандалом. Постепенно оно докатилось до Президиума ВАС. А в Президиуме заседают солидные юристы, которые лучше других понимают, что сама эта ст. 169 ГК, на которую сослался суд первой инстанции, противоречит основам нравственности.
Но ‘вертикаль’ равно давит на всех, независимо от образования и профессиональной компетенции. Потому Президиум ВАС лишь смягчил судьбу незадачливых ‘уклонистов’, признав сделку недействительной по ст. 168 (а не 169) ГК и избавив их от конфискации.
Любому человеку, особенно с юридическим образованием, понятно, что ничего ‘противоречащего закону’ (ст. 168 ГК) в сделке не было. И кто же станет в такой ситуации обвинять Президиум ВАС в некомпетентности? Можно, конечно, посетовать, что Президиум не кинулся на амбразуру и не прекратил это надругательство над гражданским правом во имя сбора тех самых налогов, которые зачастую тратятся на ‘противоречащие основам правопорядка и нравственности’ цели. Но, видимо, есть на свете силы, которые сильнее нас (и ВАС).
Посему автор может сказать только одно: граждане, платите налоги, даже если вы подозреваете, что могли бы распорядиться своей собственностью более эффективно. Российский закон слишком умных не любит.
А если вы все-таки обратитесь в Конституционный суд, то ваше обращение могут просто не принять. Скажут: а где тут, собственно говоря, нарушение конституционных норм?

Тебя посодют, а ты не страхуй!
Итак, непокорный ВАС не дал налоговым службам развернуть ‘диктатуру закона’ и ‘правовой террор’ в полную силу.
Что ж, к делу взыскания налогов можно подключить прокуратуру и уголовное право. И подключили.
Осенью 1999 года в Нижнем Новгороде был арестован глава филиала Промышленно-страховой компании (ПСК) Юрий Шевченко. Ему вменялась в вину помощь местным предприятиям в уклонении от налогов на зарплату.
ПСК предлагала предприятиям заключать фиктивные договора страхования жизни в пользу работников, а затем договора эти регулярно расторгать. Работники получали вместо зарплаты накопленное на полисе, уклоняясь тем самым от уплаты налогов и спасая от них работодателей.
В этой истории есть много неясного. Например, что заставило работников предприятий свидетельствовать на процессе против Шевченко (а фактически – против себя и своих работодателей, поскольку неуплаченное было с них потом взыскано). Ясно одно: 14 марта сего года гражданин России был осужден к восьми годам лишения свободы, несмотря на то, что уголовное законодательство нарушено не было. В решении суда фигурировала ст. 174 УК, устанавливающая ответственность за отмывание нелегальных доходов, но следствие так и не смогло внятно объяснить, какие именно доходы оно сочло нелегальными: деньги предприятий, из которых они выплачивали через ПСК зарплату, или средства, которые ПСК получила по фиктивным договорам страхования, а потом передала работникам своих контрагентов. Очевидно ведь, что ни те, ни другие доходы нелегальными не были.
Так что предпринимателям теперь стоит обратить внимание и на ст. 177 УК ‘Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности’ (до двух лет), и на ст. 199 УК ‘Уклонение от уплаты налогов’ (до семи лет). Похоже, в ближайшее время эти статьи, до сих пор лежащие без дела в грозном ожидании, заработают так, что никому мало не покажется.
А ведь можно было говорить о нарушении гражданского законодательства: сделки предприятий и ПСК должны быть признаны притворными (ст. 170), поскольку их единственной целью было прикрытие дополнительных к МРОТ выплат по трудовым договорам. Однако же гражданский иск налоговая инспекция не подала, хотя победа в гражданском процессе давала ей возможность применить к обязательствам между ПСК, предприятиями и работниками именно те нормы, которые к ним применяться должны, и взыскать неуплаченные налоги.
Почему не подала? Причин тому две: во-первых, в гражданском процессе, в отличие от уголовного, судьи не считают, что ‘признание – царица доказательств’, и требуют документы о сделках. Во-вторых, налоговикам явно хотелось доказать свою исключительность (они же власть, а не обычные кредиторы, будут они еще иски подавать!) и по бандитским обычаям нашей экономики не только взыскать долг, но и наказать должника.
Конечно, такие ‘серые’ зарплатные схемы с 1 января 2001 года более не выгодны предприятиям (подробный комментарий к ст. 213 НК, прекращающей эту практику, см. ‘Денежка’ ?11, 2000 ). Однако следует иметь в виду, что данный прецедент представляет угрозу и для всех иных способов уменьшения налогов, которые уже существуют или могут возникнуть в будущем.
Фактически наше государство этими двумя делами дает нам понять, что мы должны стремиться не уменьшать, а увеличивать размеры уплачиваемых налогов, ставя интересы государства выше личных. В противном случае нам не только ‘отключат газ’, как говорила героиня популярной комедии, но и – вне всякой зависимости от норм закона – привлекут к ответственности, вплоть до уголовной.
И тогда – кто знает, – в следующем процессе люди, получающие ‘серую’ зарплату, окажутся не свидетелями, а подсудимыми, но будут усиленно свидетельствовать против себя во имя интересов государства.
Конечно, можно попробовать посопротивляться, обратившись в Конституционный суд, но для этого, во-первых, придется пройти все вышестоящие судебные инстанции вплоть до Верховного суда – а на это уйдет масса времени, в течение которого несчастный будет отбывать наказание. И, во-вторых, как и в случае с предприятием-должником, секретарь Конституционного суда при приеме документов возьмет и спросит: ‘Где тут, собственно, нарушение конституционных норм? Уголовные дела в ведение КС не входят’.

Comments are closed.

Set your Twitter account name in your settings to use the TwitterBar Section.