sdelki s valjutoiСовершая сделки с оплатой в иностранной валюте, вы лишаете себя возможности защиты своих потребительских прав

В одном из предыдущих номеров мы уже пытались убедить вас, дорогой читатель, полюбить национальную валюту. И не так важно, что в обозримом будущем это чувство не обещает быть искренним. Да, согласны, пряника, т.е. обуздания инфляции, наша родина для воспитания трепетного отношения к отечественному рублю вам не предложит. Зато кнут, т.е. Декрет президента N1, давно выпущен и действует.

Поскольку теоретические выкладки всегда менее наглядны, нежели практические, то и обратимся к практике. И покажем, к каким последствиям приводит нелюбовь к расчетным билетам Национального банка Республики Беларусь.

А практика такова. Ирина Михайловна З. (по настоятельной просьбе потерпевшей фамилию мы опускаем) покупала кухню. Полный кухонный гарнитур со всеми его многочисленными шкафчиками, табуретами и прочими атрибутами современного уюта. Поход по магазинам оставил самое тягостное впечатление. Суммы, которые просили за свои древесностружечные шедевры многочисленные изготовители, повергали в уныние. По расчетам Ирины Ивановны, чтобы накопить такое количество денег, жить придется неимоверно долго. Но если тщательно изучить все варианты, выход обычно находишь.

Из рекламного объявления в прессе Ирина Ивановна узнала о наличии в столице некоего гражданина, изготавливающего кухонную мебель под заказ, причем результаты творчества мастеровитый товарищ оценивает гораздо ниже, чем все существующие субъекты хозяйствования. Не откликнуться на подобное газетное утверждение казалось невозможным, и Ирина Ивановна позвонила. Уверенный мужской голос подтвердил свое растиражированное заявление, упомянул о превосходном качестве выдаваемой продукции и даже назвал цену: от 200 до 500 долларов. Ирина Ивановна предпочла нижнюю планку. Ровно 200. Голос в трубке не возражал, и вскоре сам производственник уже сидел на кухне Ирины Ивановны, демонстрируя эскизы будущей мебели. Больше всего хозяйке понравилось то обстоятельство, что никаких авансовых сумм подрядчик не просил. Т.е. оплата – по факту.

Через какое-то время кухонный гарнитур был готов. Как рассказала Ирина Ивановна, подрядчик привез на грузовичке кучу различных ящиков, прочих пиломатериалов, а затем, изрядно попортив на кухне линолеум, вместе с сыном за выходной смастерил искомый комплект. Ирина Ивановна взглянула на готовое изделие и, по ее словам, томясь от неясных предчувствий, отдала деньги. 200 долларов. Двумя купюрами, каждая по сотне.

Более пристально оценить работу частных умельцев удалось лишь после двухнедельного знакомства с мебелью. Примерно к этому времени плохо собранные тумбы и столы развалились. А навесные шкафчики, к разочарованию, оказались б/у. Причем, судя по вздувшейся фанере, пользовалось ими не одно поколение.

Ирина Ивановна разыскала телефон автора этого безобразия и набрала номер.

– А ничего я тебе не отдам, – заявил мужик в ответ на требование вернуть деньги и забрать кухонный хлам обратно. – Мебель была хорошей. Купила – пользуйся. И не звони мне больше. У меня стоит телефон с АОНом, и трубку я больше не сниму.

– Да я на вас в суд подам! – взволновалась Ирина Ивановна.

– А, ну-ну, попробуй… – заключил непокладистый подрядчик и отключился.

Некоторая незавершенность ситуация заключается в том, что в суд Ирина Ивановна не подаст никогда. И вот почему. По действующему законодательству, исковое заявление она должна писать в суд по месту жительства ответчика. Кроме номера телефона, иными координатами своего обидчика Ирина Ивановна не располагает. Обидчик же, как можно догадаться, по телефону свои паспортные данные Ирине Ивановне не приведет. Но даже если бы они были известны, что дальше? Письменного-то договора между заказчиком и подрядчиком не заключено.

Оппоненты возразят, что в подобных ситуациях для отстаивания своих прав в суде Ирина Ивановна может прибегнуть к помощи свидетельских показаний. Хорошо, предположим, в момент расчета в квартире Ирины Ивановны находилась соседка, способная подтвердить факт оплаты гарнитура. Суд выслушивает показания соседки, проводит экспертизу гарнитура и заключает следующее. Да, договор на изготовление кухонного гарнитура имел место. Сам гарнитур изготовлен с недостатками. Следовательно, по требованию истца, он должен быть расторгнут, и пострадавшей необходимо компенсировать причиненный ущерб. Замечательно? Увы, нет. Признав факт совершения сделки, суд тем самым установит, что расчет происходил в иностранной валюте. А расплачиваться иными денежными знаками, кроме расчетных билетов Нацбанка РБ, в нашей стране, согласно Декрету президента N1, недопустимо!

В данной ситуации суд обязан вынести определение в адрес истицы и примерно ее наказать. Обратить истребованные деньги в доход государства и выписать ей капитальнейший штраф. Или отправить на пару недель подметать парки и скверы родного города. Вот так-то.

Вместо эпилога “ЧС” хотела бы еще раз напомнить: используя при расчетах иностранную валюту, вы тем самым априори лишаете себя возможности защиты своих прав в судебных органах. Платите рублями – ей Богу, надежнее…

Comments are closed.

Set your Twitter account name in your settings to use the TwitterBar Section.